ПРИШЛИТЕ СВОЮ НОВОСТЬ!
Лента новостей
Выбрать категорию:
16 октября
15 октября
14 октября
ГОЛОСОВАНИЕ
Нужна ли астрономия в качестве школьного предмета?

Россия: Интервью с Никитой Пресняковым: Эта музыка может заставить тебя совершать невероятные действия

23 июня, 17:15

23 июня — Молодежные новости.  В Санкт-Петербурге прошёл концерт группы «Multiverse». Корреспондент МИА «МИР» встретилась с Никитой Пресняковым и поговорила с ним о музыке, экспериментах и дебютном альбоме.

Ты играешь альтернативный рок, металл. А есть ли какой-то новый стиль, который ты бы хотел попробовать в своём звучании, но нет пока подходящего материала?

Для меня нет такого чёткого описания стилей, мне не нравится закапываться, как некоторые группы, которые говорят -вот мы играем альтернативный нью-метал с элементами фьюжн-это лишняя писанина. Мы как думаем, что так будет прикольно звучать, интересно, мы так и ставим. Сейчас альбом более-менее традиционный в плане альтернативного рока и метала. В новом хочется сильнее экспериментировать с электроникой и искать более свежего звучания. С тем альбомом, который на данный момент вышел, я могу согласиться, что он немножко запоздал во времени. Дальше мы хотим ловить свежесть.

А насколько далеко вас могут завести эксперименты со звучанием. Есть какие-то рамки, которые вы никогда не перейдете?

Каких-то определенных рамок нет, но есть трезвый взгляд. Если мы видим, что это не подходит, перебор, конечно, мы не будем это выдавать. Это вкусовщина и дело чутья некого. Здесь нет каких-то определенных форматов.

Все равно, получается, остаетесь в каком-то своем стиле. Не можете кардинально что-то поменять в поп уйти, поп-рок, панк.

В поп - нет, в панк тоже - точно нет. Мне нравится сложность в гитарных, барабанных партиях, например, группа «Periphery». Но я понимаю, что чем сложнее мы будем играть, тем, к сожалению, меньше у нас будет охват слушателей и на данном этапе это очень сложно, особенно, в нашей стране, где не такая большая аудитория любителей тяжелой музыки. Приходиться искать какую-нибудь лазеечку, чтобы в ней всё равно были элементы мейнстрима. В альбоме должны быть такие песни, которые могут впасть в душу и тем людям, которые есть вокруг. Чтобы они могли начать слушать рок, благодаря песням, которые приучивают к партиям определенной сложности.

А есть ли песни, которые получились не так, как вы планировали по звучанию, например, по –тяжелее, а вышло наоборот, но при этом оказались интереснее, чем вы хотели?

По мнению ребят, они не слишком придирчивы, а бас-гитаристу просто нравится рубить.  Есть любимые песни из альбома: «Way Up», «To Stay». Каждым треком, который в альбоме «Beyond», я доволен. Мы очень долго всё сводили и делали, чуть ли не четыре года занимались этим альбомом. И время тратили на то, чтобы добиться того звучания, которое должно быть. Многие треки, изначально, были более лайтовые, мы их утяжеляли. Думали, как даже романтичную мелодию спрятать внутри массы тяжелой гитары. У нас целый ребус был. В итоге, мы пришли к тому, как это звучит в альбоме «Beyond».

А есть ли композиции, которые вы сейчас на концертах исполняете по-другому, т.е. что-то изменилось в вашем взгляде на них?

Мелодию я чуть-чуть меняю, например, в «My Light» живьём усложняю некоторые партии, потому что, мне кажется, что так интереснее. Песня «Shadow»- полностью баллада на концертах переходит в гитарную, в драйвовость. «Unforgiven» у нас звучит жестче, чем в записи. В песне «Virus» бридж мы удлинили в 3-4 раза, чтобы общаться в этот момент с аудиторией, сделать какие-то распевки. Туда мы придумали интерактив и так к каждой песне относимся. На живом выступлении смотрим, как будет лучше в плане взаимоотношения с аудиторией и для самого концерта.

А в зависимости от площадки, на которой выступаете, меняете что-нибудь в плане звучания?

Когда определенный сольный концерт, то нет.  У нас есть программа, и мы четко её придерживаемся. Но бывает, что нас приглашают на «День города» или фестиваль, который не слишком метал, а больше поп-рок, мы понимаем,  что если сыграем «Virus» или «To stay» это будет слишко тяжело, и всегда составляем специальные сет-листы, чтобы угодить той аудитории, в которой мы будем находиться, но немножко всё-равно протолкнуть своё.  Везде есть баланс. Его нужно чувствовать. Если ты приходишь и видишь, что там стоят металлисты, любители по-тяжелее. Все слюни, нюни, романтику убираешь, оставляешь только реальный металл. Если ты смотришь, а там 15-летние девочки стоят с большими ресницами и наивными глазами, то понимаешь, что если мы сейчас будем орать, то это тоже не зайдёт. Мы смотрим по обстоятельствам, это я говорю про «День города». А было, что мы экспериметнули и более-менее тяжёлую сыграли, всем понравилось. Это называется чутьё своего слушателя.

А всё ли задуманное получилось в дебютном альбоме. Вы много раз переделывали треки, а в итоге получилось, так как вы хотели? Есть какие-то моменты, которые вы хотели бы поменять, если бы была возможность?

C гитаристом, Романом Арсафесом, который сейчас уже не играет с нами, мы сводили весь этот альбом. Я каждую микросекунду расписывал, что и где должно быть. Я максимально перфекционистски подходил к каждому треку.

А каких западных и американских исполнителей вы считаете качественными в вашем стиле?

 Есть группы, которые нам нравятся, на которых мы росли, это все откладывается и формируется твой некий вкус и восприятие, музыкальный менталитет. Но нет такого, что есть какая-то группа и надо быть как она.  Мы делаем всё от себя, как чувствуем. Пришла к нам в голову мелодия. Я сел у пианино.  Потом мы из этой мелодии начинаем делать аранжировку и уже уводить её в электричество, в гитары. Половина того, что есть в альбоме, изначально, под акустическую гитару, либо под пианино сделано.

А планируются ли новые аранжировки старых треков, но не на концертах, а вообще?

Планируются, если мой очень хороший друг не соскочит. Его зовут Женя Мильковский из группы «Нервы». Мы хотели нашу песню «Shadow» сделать на русском и выпустить, как сингл.

 Да, у него похожее звучание. Мне тоже так показалось, что вы подходите друг другу. 

Наши голоса клёво, по идее, должны прозвучать, слиться. 

А есть материал, который не вошел в альбом, но со временем вы всё-таки планируете его выпустить?

Есть такой материал. Но он на таких ранних стадиях, что больше относится к категории экспериментов. Мы искали звучание, аранжировки, в принципе, если его сейчас сравнить с альбомом, то вообще другая группа. Поэтому, я думаю, это то, что осталось в этой экспериментальной категории и уже не выпустится.

А есть ли в планах провести апгрейд оборудования для каких-то новых идей?

Конечно, есть в планах постоянно расти и делать большое шоу на уровне концертов зарубежной группы. Пока, к сожалению, мы в начале пути и не собираем так много, чтобы это оправдать. Всё часто упирается в финансовые вложения. Мы понимаем, что пока не можем сделать такой концерт, чтобы у нас из люка 3-х метровый динозавр выезжал, как у группы «Muse». Всё со временем, да,конечно. Мы будем приходить к тому, чтобы были новые инструменты и шоу мощнее и интереснее.

А хотели бы сотрудничать с симфоническим оркестром, например? Альтернативная музыка с ним  интересно получается.

У нас в группе всегда была виолончель и скрипка. Потом от виолончели мы отказались. Но скрипач остался в группе, но пока не на всех концертах. Возможно, мы останемся именно ритм –секцией и клавишные, т.е. клавишник, барабаны, бас-гитара, гитара, вокал. До этого мы всегда играли со скрипачом, который использовал свои примочки для электроскрипки и неплохо дополнял, но всё немного упирается в личные взаимоотношения и с группой, и мы не знаем, стоит ли нам продолжать.

Часто рок-музыканты проводят акустические концерты, чтобы удивить свою публику, показать звучание песен в изначальном виде. У вас нет таких планов?

С акустическими концертами это здоровская идея и я всегда поддерживаю её. Мы будем это делать. Пока не знаю когда, но точно реализуем. Возможно, когда в электричестве концерты станут у нас более активными и будет логично сделать концерт в акустике. У нас уже соберётся некая база, аудитория, которой это будет нужно.

Что вам даёт участие в фестивалях? Это скорее обмен опытом или желание показать себя?

Фестивали для многих групп очень важны, неотъемлемая часть. Показать себя, да, и не только, зацепить некоторых слушателей, чтобы они в дальнейшем также пришли к тебе на концерт и слушали твои песни. Многие группы для этого ездят в совместные туры с другими. Это единственный способ себе помочь. Мы сейчас будем играть в Румынии на фестивале «Сustom».Там рок, альтернатива, вся музыка. Хедлайнером будет «Rasmus». 7 июля мы будем там играть и 1 августа на фестивале «Тамань». Это большой фестиваль, где «Wildways» будет выступать и очень много классных групп.

Как вы считаете, что нужно сделать, чтобы альтернативная музыка стала коммерчески успешной в России, когда сейчас в тренде рэп, поп-рок, поп. Как вывести альтернативную музыку в разряд стадионных?

Нужно искать своё звучание и не бояться экспериментировать с чем-то свежим. Опасно стать «расистом» в музыке. Я часто боролся с этим, когда любил определеное звучание, жанр. Становясь взрослее, я слышал какую-то современную музыку и вообще не мог ее принимать. Не только русскоязычную, а даже западную. Я не говорю про рок-музыку, а любой другой жанр популярный. Потом проходило время, и я начинал  понимать, почему есть место этому быть. Единственный способ, чтобы правильно поднять альтернативную музыку -это не бояться экспериментировать и искать своё звучание. Где-то сделать припев по-попсовее, где-то по-тяжелее. Если есть аудитория, которой нравится такая музыка, то работать на неё. Она должна будет расширяться, по идее. Мне тяжело об этом говорить. Если бы у нас были стадионы, то я бы в открытую сказал, что нужно. Идут года, мы пробуем, ищем.

Почему у нас в России рэп собирает стадионы?

С рэпом очень легко работать продюсерам. У многих рэперов за спиной хороший менеджмент, продюсер и лейбл. Есть люди, которые будут вливать в это деньги. Чтобы сделать тур рэп-исполнителю нужно  микрофон, минусовки и всё.  Не надо возить семь музыкантов с собой. Это уже упрощает. Почему это актуально молодежи и для всех? Потому что просто и доступно. У нас страна воспитанна на поэтах, все больше прислушиваются к текстовому смыслу, чем по музыкальной части. У меня лично всегда было наоборот.  Текст для меня имел, конечно, свое значение, но на втором месте я всегда слушал, как сыграла гитара, как вокалист интересно обыграл ноты.  Я музыкой представлял себе картинку, какой-то видеоклип у себя в голове, атмосферу. Я с детства заинтересовался ей. И мне было всё равно на каком языке ее слушать. Большинство предпочитает понимать, о чём тексты. Сейчас скорость читки, по сути, не актуальна, если раньше рэп должен был быть с грувом. И мне нравился олдскул, в нём есть кач. То сейчас это очень медленный бит и ленивая читка. Я не говорю, что это плохо. Есть свой стиль и любители такого. Когда придёт время, он соединится с роком. А это рано или поздно должно произойти. Как раньше был рок, были субкультуры. Аудитория одной не принимала другую, но потом рэп и рок соединились в одно. Появился альтернативный рок, нью-металл, рэпкор. И это дало новую волну. И рэперы научились принимать рок, а рокеры - рэп и это было гениально. Это отличный шаг. Сейчас, мне кажется, тоже рано или поздно так должно произойти.

Как вы относитесь к совсем тяжёлой музыке, где тексты особо не важны и их и не слышно?

 Я слушаю очень тяжелую музыку, но у меня есть грань. Группа «Periphery» играет такую, но очень технично, когда я слышу партии барабанные, гитарные, я офигеваю от того, насколько они крутые музыканты. Я вот от этого начинаю кайфовать. Если обычному человеку это дать послушать, у него будет просто сплошной шум и ничего непонятно. Например, в жанре дэдкор и блэк-метал, как правило, партии не сложные, а просто нагрузка скрима и истерики, а по музыкальной части шумно, но ничего интересного. У «Periphery» есть жесткая музыка, но ты кайфуешь от того, какие решения они принимали в своих партиях, аранжировках, насколько это сложно выучить и играть.

Что для вас рок-музыка это скорее идеология или способ выражения своих музыкальных композиций?

Здесь некое комбо. В первую очередь, для меня - это такой драйв, ни одна другая музыка не распирает тебя  настолько. Эта музыка может заставить тебя совершать невероятные действия, решения, поднимать тебе настроение. Она раскрывает твою грудь, ломает рёбра и достает всё, что у тебя там накопилось снаружи. Вся эта экспрессия и самовыражение и та идея, которую ты можешь вложить в песню. В совокупности, это даёт что-то настолько волшебное, до конца тяжело объяснить. Это как мотор, который двигает тебя и других людей. Многие могут не понять, почему он заводится.  Любой человек, который даже не очень любит рок-музыку, если пойдёт на качественную группу на стадион, зайдёт в середину толпы. И если не на первую песню, то через 20 минут максимум, он сам не будет понимать, что с ним происходит и его просто начнёт качать изнутри от сочетания всех этих звуков, мелодий, вокала. Я считаю, в рок-музыке всегда должен быть сложный вокал. Она должна быть от души и с такими моментами, которые трудно повторить.

 

Текст и фото: Агния Щерба